Стихи в переводах

Pour compléter la page "Anthologie de la poésie tchèque", voici quelques traductions en russe non dépourvues d'intérêt.
LP

Charles Baudelaire : Chant d'automne

Осенняя песнь

(перевод А. Волпина)

I

Скоро мы погрузимся в потемки и холод -
Так прощай же, короткого лета краса !
Слышен стук топора... На поленья расколот
Гулко падает дуб и редеют леса...
Дрожь... Но злоба и страх тут помочь не могли бы,
Покориться придется зиме и труду !
Лишь сверкнет ледяною и красною глыбой
Мое сердце, как солнце в полярном аду...
... Не над плахою плотник стучит неустанно,
Это на землю кто-то кидает дрова !
И, как башня от мерных ударов тарана,
Содрогнуться готова ёя голова...
Ровный стук убаюкал меня - и сквозь дрему
Слышу : наспех могильщики делают крест !
Для кого ? Вот и осень... И вдруг по-иному
Зазвучал этот стук - и напомнил отъезд...

II

Я люблю ваших глаз чуть зеленое пламя -
Но теперь, красота, ничему я не рад,
И не вы, и не ночь, проведенная с вами,
Не заменят мне солнца морского закат...
И, однако, простите мен косность и злобу -
О, сестра и невеста ! Любите меня !
Будьте матерью мне, что разверзла утробу,
И мгновенной красой уходящего дня...
... Но надолго ли ? Жадная ждет нас могила...
Так позвольте же мне, возле ваших колен,
Сожалея, что знойное лето уплыло,
Этим желтым лучом насладиться взамен...

Chant d'Automne

(Les fleurs du mal)
I

Bientôt nous plongerons dans les froides ténèbres ;
Adieu, vie clarté de nos étés trop courts !
J'entends déjà tomber avec des chocs funèbres
Le bois retentissant sur le pavé des cours.
Tout l'hiver va rentrer dans mon être : colère,
Haine, frissons, horreur, labeur dur et forcé,
Et, comme le soleil dans son enfer polaire,
Mon coeur ne sera plus qu'un bloc rouge et glacé.
J'écoute en frémissant chaque bûche qui tombe ;
L'échafaud qu'on bâtit n'a pas d'écho plus sourd.
Mon esprit est pareil à la tour qui succombe
Sous les coups du bélier infatigable et lourd.
Il me semble, bercé par ce choc monotone,
Qu'on cloue en grande hâte un cercueil quelque part.
Pour qui ? - C'était hier l'été ; voici l'automne !
Ce bruit mystérieux sonne comme un départ.

II

J'aime de vos longs yeux la lumière verdâtre,
Douce beauté, mais tout aujourd'hui m'est amer,
Et rien, no votre amour, ni le boudoir, ni l'âtre,
Ne me vaut le soleil rayonnant sur la mer.
Et pourtant aimez-moi, tendre coeur ! soyez mère,
Même pour un ingrat, même pour un méchant ;
Amante ou soeur, soyez la douceur éphémère
D'un glorieux automne ou d'un soleil couchant.
Courte tâche ! La tombe attend ; elle est avide !
Ah ! laissez-moi, mon front posé sur vos genoux,
Goûter, en regrettant l'été blanc et torride,
De l'arrière-saison le rayon jaune et doux !

Vítězslav Nezval : l'Adieu et le Mouchoir

Сбогом и платочек

Рашели
(перевод А. Наймана)

Я утомлен, Рашель, я утомлен.
Вот вам плечо мое, склоните голову.
Ведь мы друзья, поделим лавку голую.
Усните, пусть вам снится сладкий сон.

Я утомлен, Рашель, я утомлен.
Как мы в постели спали перед этим,
поспите здесь, пока мы не приедем,
пока не раздвоится наш вагон.

Я утомлен, Рашель, я утомлен,
как древность вашей расы химерической,
как наших слишком старых храмов звон,
как красота, как образ поэтический,
как смех веселый, как печальный стон.

Я утомлен, Рашель, я утомлен.

С богом и платочек

( пер. А. M. Geleskula)

Прощай, и будь это последним из прощаний,
Недолгой радости не вычеркнет оно...
Прощай - и встречу назначать еще печальней :
Встречаться, может быть, уже не суждено.

Прекрасно прошлое - печально, что проходит.
Молчи, отходная, - печаль эта проста :
Платочек, поцелуй, гудок на пароходе,
две-три улыбки вслед - и ты как сирота.

Прощай - и все-таки должно остаться что-то
платка воздушнее и проще письмеца
и так же призрачно, как пахнет позолота,
неясной памятью щемящее сердца.

Прощай - и пусть даже останутся осоколки,
спасибо, ласточка, не пойманная в сеть,
за твой пернатый юг и гнездышко на полке.
Как суждено мне петь, судьба тебе лететь.

Прощай - и к худшему, надежда, приготовься.
Ведь если б думали мы встретиться с тобой,
уж лучше было бы не разлучаться вовсе.
Платочек и прощай ! И слово за судьбой.

L'Adieu et le Mouchoir

Rachel

(traduit par F. Kérel)

Je suis fatigué Rachel
On va dans un instant dédoubler notre train
Venez sur la banquette et donnez-moi la main
Dormez sur la banquette étroite et soyez belle

Je suis fatigué Rachel
Dormez sur la banquette d'un sommeil de mort
Et longuement comme si nous étions encore
dans le lit que cette banquette vous rappelle

Je suis fatigué Rachel
Comme votre vieille race chimérique
Comme nos trop vieilles églises
Comme la poésie comme la beauté
Comme la tristesse comme le rire

Je suis fatigué Rachel

L'Adieu et le mouchoir

(traduit par F. Kérel)

Adieu et si c'était pour ne plus nous revoir
cela fut merveilleux et cela fut parfait
Encore un rendez-vous mais combien dérisoire
Ce ne serait pas moi peut-être qui viendrais

Cela fut merveilleux hélas tout doit finir
Que se taise le glas je connais sa tristesse
Baiser mouchoir sirène et cloche du navire
Deux ou trois fois sourire après quoi on se laisse

Adieu et si les mots nous semblent trop banals
Qu'un petit souvenir des jours qui nous émurent
plus léger qu'un mouchoir qu'une carte postale
nous grise de l'arôme envoûtant des dorures

Et si j'ai vu ce que n'ont pas vu d'autres yeux
tu m'as montré le sud et le nid qui t'attend
Tant mieux belle hirondelle en quête du ciel bleu
ton destin c'est le vol mon destin c'est le chant

Adieu et si c'était pour la dernière fois
tant pis pour mon espoir il ne nous reste rien
Pas d'au revoir et tant mieux si je vous revois
L'adieu et le mouchoir accomplis-toi destin

Sbohem a šáteček

(1934)

Sbohem a kdybychom se nikdy nesetkali
bylo to překrásné a bylo toho dost
Sbohem a kdybychom si spolu schůzku dali
možná že nepřijdem že přijde jiný host

Bylo to překrásné žel všecko má svůj konec
Mlč umíráčku mlč ten smutek já už znám
Polibek kapesník siréna lodní zvonec
tři ètyři úsměvy a potom zůstat sám

Sbohem a kdybychom si neřekli už více
ať po nás zůstane maličká památka
vzdušná jak kapesník prostá jak pohlednice
a trochu mámivá jak vůně pozlátka

A jestli viděl jsem co neviděli jiní
tím lépe vlaštovko jež hledáš rodný chlév
Ukázalas mi jih kde máš své hnízdo v skříni
Tvým osudem je let mých osudem je zpěv

Sbohem a bylo-li to všechno naposledy
tím hůř mé naděje nic vám už nezbude
Chcem-li se setkati nelučme se radši tedy
Sbohem a šáteček Vyplň se osude !

С богом и платочек

(перевод К. Симонова)

С богом ! Прощай ! Как ни странно, мы оба не плачем.
Да, все было прекрасно ! И больше об этом ни слова.
С богом ! И если мы даже свиданье назначим,
Мы придем не для нас - для другой и другого.

С богом ! Пришла и ушла, как перемена погоды.
Погребального звона не надо - меня уж не раз погребали,
Поцелуй, и платочек, и долгий гудок парохода.
Три-четыре улыбки... И встретимся снова едва ли.

С богом ! Без слов - мы и так их сказали с избытком,
О тебе моя память пусть будет простой, как забота,
Как платочек наивной, доверчивой, как открытка,
И немного поблекшей, как старая позолота.

С богом ! И пусть ты не лжешь, что меня полюбила
Больше всех остальных... Все же легче нам будет в разлуке,
Пусть что будет, то будет ! Что было, то было...
И тобою и мной к новым судьбам протянуты руки !

С богом ! Ну что ж ! Всамом деле ? Ну да, в самом деле.
Мы не лжем, как врачи у постели смертельно больного.
Разве мы бы прощались, если б встретиться снова хотели?
Ну, и с богом ! И с богом !.. И больше об этом ни слова !