Разоблачена очередная 07/2008 ??

 

logo O-F   Западная Франция No 19423: Казакские граждане в мери нашего города
Ouest-France du 12-13.07.2008

 

Повторение пройденного в Мюнхене

Bruntal - чешский город после Мюнхена

В ночь с 29 на 30 сентября нынешнего года исполнится 70 лет Мюнхенскому пакту, заключенному Великобританией и Францией с нацистской Германией.

Суть соглашения, как известно, состояла в том, что ведущие западные демократии отказались от гарантий суверенитета Чехословакии, вынудив ее передать рейху Судеты. На этих территориях, населенных преимущественно немцами, находились не только важные военно-промышленные объекты, но и стратегические оборонные укрепления («чешская линия Мажино»), защищавшие Прагу от вторжения потенциального агрессора.

Как свидетельствует Уильям Ширер, «процветающая индустриальная держава в одну ночь была разорена и разорвана на части». В Чехословакии была нарушена сложившаяся сеть железных и шоссейных дорог, телеграфная и телефонная связь. Страна лишалась 66% запасов каменного угля, 80% запасов бурого угля, 86% запасов сырья для химической промышленности, 80% цемента, 80% текстильной промышленности, 70% леса.

Таким образом, речь в Мюнхене шла не только о передаче Германии Судет, но и сдаче всей Чехословакии, терявшей свою жизнеспособность.

То, что государству, созданному Масариком и Бенешом, приходит конец, в Лондоне и Париже прекрасно понимали. Однако о том, что с юридической точки зрения Мюнхенские соглашения разрушают установившуюся после 1918 года систему международно-правовых обязательств, создают предпосылки для пересмотра других европейских границ и, в конечном счете, открывают путь к новой мировой войне, там предпочитали не задумываться.

В иных обстоятельствах мы, возможно, дождались бы «юбилея» Мюнхенского сговора, чтобы еще раз вернуться к этим событиям. Однако повод к тому, чтобы вспомнить о Мюнхене, представился гораздо раньше. Провозглашение независимости Косово и признание созданного в результате натовской агрессии квазигосударства крупнейшими западными державами заставило нас вспомнить о Мюнхене-1938 уже сейчас.

Аналогий в самом деле очень много. Вот лишь некоторые из них.

Долгие годы западные демократию обнадеживали Прагу, обещая поддержку в случае агрессии, но в итоге отдали ее на «съедение» наци. Точно так же и США при Буше-старшем обещали Милошевичу помощь в борьбе за сильную Сербию в ее исторических границах. Однако через какое-то время в Вашингтоне решили, что противовес объединенной Германии на Балканах Америке больше не нужен, и все закончилось Дейтонскими соглашениями, а потом – потерей Косово.

До Мюнхена Чехословакия была региональной державой, после Мюнхена – перестала быть субъектом международной политики. То же самое можно сказать и о Сербии-Югославии, игравшей прежде ведущую роль на Балканах, а сегодня по своему потенциалу влияния мало отличающейся, скажем, от Македонии или Словении.

Чехословакия, потеряв Судеты, потеряла и законную власть. Ее лидер, президент Эдуард Бенеш, был вынужден покинуть свой пост, а его место заняли коллаборационисты, готовые на любые уступки агрессору. В Сербии эта история проходит в два этапа – сначала с Милошевичем, а теперь, похоже, и с Коштуницей.

Аннексия Судет стала прелюдией и к расчленению Чехословакии (на «протекторат Богемии и Моравии» и марионеточное государство Тисо в Словакии), и Сербию, по-видимому, ожидает то же самое. Фактически потеряв Косово в 1999 году, Белград лишился затем и Черногории. После того как в статусе Косово произошли и юридические изменения, Сербия обречена на продолжение распада – на очереди Воеводина, Санджак, Прешево.

Все эти аналогии видны невооруженным глазом. Куда менее очевиден «вопрос о России», который и в случае Судет, и в случае Косово имеет ключевое значение.

Решения и по Судетам, и по Косово принимались без России, вопреки ее воле. Тем самым ведущие державы Запада продемонстрировали, что не намерены считаться с Москвой, не рассматривают ее как «несущую конструкцию» системы европейской (тогда) и мировой (теперь) коллективной безопасности.

Передавая рейху Судеты, западные демократии руководствовались не только стремлением «откупиться» от Берлина, но желанием направить его завоевательную энергию дальше на Восток – с дальнейшей перспективой создания единого фронта против СССР. В Париже и Лондоне прекрасно понимали, что, отдавая Чехословакию Берлину, они дают ему прекрасный плацдарм для будущих операций на восточном направлении.

monastere PrizrenОтдавая Косово албанским сепаратистам, США и их европейские союзники стремились наладить отношения с исламским миром и перенаправить его конфронтационный потенциал с Запада на православный славянский Восток, то есть, в конечном итоге, на Россию. Отторгая Косово от Сербии, натовский блок посылал исламским радикалам сигнал: атакуйте Россию, сконцентрируйтесь на Чечне, на Северном Кавказе, и тогда мы больше не будем противостоять друг другу, но, напротив, объединим наши усилия. Этот посыл не утратил своей актуальности и сейчас, когда силы, противостоящие РФ, пытаются взять в Ингушетии реванш за поражение в Чечне.

Расчленяя Югославию и Сербию, американские стратеги не скрывали, что сводят счеты с «уменьшенной копией России». С момента появления доктрины Хантингтона Сербия рассматривалась как потенциальная союзница Москвы – по крайней мере, в долгосрочной перспективе. Исторические связи Сербии и России, пророссийские настроения значительной части жителей страны были аргументом в пользу такого решения.

Удивительно, но подобные же мотивации, хотя и не выраженные столь явно, имели место и в отношении Чехословакии в 1938 году. Чехов не просто «скормили акуле», но и «наказали» за их русофильство (тем, кто изучает чешскую историю только после «пражской весны» 1968 года, возможно, трудно поверить в сие, но это факт). С начала XIX века Прага стала центром европейского славянофильского движения. Находясь под австрийским гнетом, чехи обращали свои взоры к России, надеясь с помощью Москвы обрести национальную независимость. В годы Первой мировой войны они отказывались сражаться на стороне Габсбургов и в массовом порядке переходили на сторону русских. Сформированные в России части Чехословацкого корпуса сражались с австро-немецкими войсками. Летом 1917 года они остановили австрийское наступление на Западной Украине в ситуации, когда многие другие войсковые части отказывались идти в бой и страдали от повального дезертирства.

В 1922 году Чехословакия де-факто признала РСФСР, а в мае 1935 заключила с СССР договор о взаимной помощи, который был тут же ратифицирован парламентами обеих стран (в отличие от аналогичного советско-французского договора, который был ратифицирован почти через год, в феврале 1936-го). Эдуард Бенеш, ставший в 1935-м президентом Чехословакии, проповедовал идею постепенной эволюции капитализма в «славянский социализм» с плановой экономикой, коллективными формами собственности на средства производства и «регулируемой демократией», стремился к синтезу «сильных стороны» западных демократий и Советского Союза, поддерживал постоянные контакты со Сталиным и другими советскими руководителями. Кроме того, чехословацкий лидер был убежденным русофилом и не скрывал своих симпатий к русскому народу. В Закарпатье, оказавшемся после Первой мировой войны под юрисдикцией Чехословакии, русский язык использовался в качестве официального вплоть до начала немецко-венгерской оккупации.

Отношения, установившиеся между Москвой и Прагой с 1935 года, были для «осажденной крепости» СССР просто уникальными. Ни с одной другой европейской страной СССР не удалось установить подобных связей. Поэтому необходимо ясно отдавать себе отчет в том, что, заключая Мюнхенский пакт, Лондон и Париж не просто избавлялись от ненужного геополитического балласта, но и хладнокровно уничтожали государство, которое потенциально могло бы стать союзником СССР. (Как показала история, в этом они не ошиблись – в 1943 году, когда исход Второй мировой войны еще не был ясен, Бенеш первым из числа лидеров стран Восточной Европы подписал союзнический договор с СССР).

И потому, давая согласие на расчленение Чехословакии, Чемберлен и Даладье не просто платили Гитлеру «дань». Они спокойно и расчетливо выдавливали СССР из европейской политики. *)

С тех пор прошло 70 лет, но на примере Косово мы видим, как Запад использует в отношении России и ее союзников (пусть даже и потенциальных) те же подходы, что и в «эпоху Мюнхена». В рамках этой стратегии нет места и тем, кто стремится, как Бенеш, проводить многовекторную политику, сотрудничая и с Западом, и с Москвой.

Это – крайне рискованный путь, который опасен для Европы повторением того, что было после Мюнхена. Со всеми вытекающими отсюда последствиями.

Александр Рублев, irakwar.ru, 01.07.2008

---
*) Бенеш отказался пустить советские войска для противодействия Гитлеру. Сталин даже просил Чемберлена повлиять на Бенеша. Но тот покорно следовал политике Мюнхенских соглашателей.

 

Сергей Хелемендик: Русские в Прибалтике - это судетские немцы наоборот

Кулуарные вопросы о возможных региональных этнических конфликтах (РЭК) в Европе

Пролог
После Косова Европа вступила в новую эпоху, которая вызывает целый ряд новых, еще вчера казавшихся невозможными вопросов. Пока эти вопросы обсуждаются в кулуарах политиками и экспертами. Ответам на некоторые из них посвящена эта статья. Автором есть русский писатель живущий в Словакии.
 

- Могут ли вообще в спокойной, цивилизованной и процветающей Европе - не на Балканах - произойти события, подобные косовским?

Могут - при больших усилиях со стороны главных геополитических игроков, в первую очередь США, а также ЕС и России. К сожалению, узнать, способен ли сегодняшний европеец - пацифист, либерал и гедонист - взять в руки оружие, можно только эмпирически, то есть продуманно создавая для этого все условия. Но европейцы бывают разные. Англичане и шотландцы едва ли пойдут друг против друга, а вот румыны и венгры теоретически могут. Сегодня очевидно одно: РЭК на Балканах и конкретно в Косове готовился и осуществлялся много лет подряд, он есть результат кропотливой работы по достижению политических целей США в Европе. Такая работа может быть продолжена.

- Какими представляются мотивы США готовить и провоцировать РЭК в Европе?

Практически все действующие сегодня зоны напряженности и конфликтов имеют прямое отношение к путям транзита газа и нефти. Это и Кавказ, и Балканы, и Прибалтика, и Украина, и Белоруссия. США стремятся контролировать этот жизненно важный для Европы транзит, и управляемые конфликты самый дешевый и действенный инструмент такого контроля. Правда, рискованный – конфликты часто выходят за рамки, изначально им предназначенные стратегами. Главный возможный мотив США налицо – контроль за сырьевыми коммуникациями. РЭК в зоне сырьевых коммуникаций создает возможность ввести войска и создать военную базу. Абсолютно идентичными могут быть и мотивы других стран, например, России. У США могут быть и мотивы из области глобальной геополитики более отдаленного будущего. США могут третий раз в истории мира взять курс на новую большую войну в Европе. В таком случае РЭК или цепь такого рода конфликтов традиционно играют роль детонатора большой войны. Судеты 1938 года – классический пример.

- Зачем США может быть нужна война в Европе?

Ради собственного выживания и дальнейшего процветания. В прошлом веке США, будучи несоизмеримо более слабым государством, чем сейчас, принимали деятельное и эффективное участие в подготовке двух мировых войн, благодаря которым и стали сверхдержавой. У США, таким образом, есть свой успешный исторический опыт развития и процветания за счет европейских войн. Но большая война в Европе не может случиться сегодня или завтра. В горизонте нескольких лет она невозможна уже только потому, что Европа самый большой рынок мира. Взорвать такой рынок значит взорвать весь мир. А вот если на мир обрушится финансовый кризис, если торговля остановится - тогда в силу вступят другие аргументы. США планируют свою политику на много лет вперед. Очевидно, что часть планов Америки в последние десятилетия так или иначе реализуется. США реально «делает» значительную часть истории, причем после падения СССР эта часть заметно увеличилась. США, возможно, лучше, чем сами европейцы, понимают, что в горизонте не нескольких лет, а десятилетий большая война в Европе не только возможна, а скорее всего неизбежна как результат катастрофических глобальных перемен. Такая война априори будет войной мировой, то есть обязательно вовлечет в себя неевропейские силы. США могут заранее готовить позиции в Европе для такой большой войны.

- Кто еще может быть заинтересован в РЭК?

Крупные европейские государства, например, Германия с миллионами судетских немцев, в том случае, если возобладает стремление и дальше перекраивать послевоенные европейские границы. Такие стремления могут и неизбежно будут переплетаться с интересами США, усиливаять друг друга, производя эффект резонанса. Нечто подобное было совсем недавно в случае с Югославией, когда Германия начала РЭК поддержкой независимости Хорватии и Словении, а США закончили войной против Югославии и ее полной перекройкой по своему разумению и в своих интересах.

- Как будет относиться к перспективе РЭК Евросоюз?

Очень плохо, потому что развитие хотя бы одного масштабного и тем более цепи РЭК в Европе есть конец ЕС как проекта. ЕС строился как огромный торгово-валютный союз без таможенных и пограничных барьеров. Как только возникает РЭК, все завоевания ЕС сметаются со стола. Именно по этой причине Бельгия уже десятки лет сама себе обещает мирно разделиться, но без больших внешних усилий ни в коем случае не разделится. То есть предпосылки для РЭК в Бельгии огромны, но ЕС их уравновешивает. Не случайно именно Брюссель и Страсбург, веками имевшие статус спорных территорий, были выбраны как столицы ЕС. Отсюда напрашивается вывод: те, кто хотят конца ЕС как экономической сверхдержавы, суперфедерации, теоретически способной нарастить собственную военную мощь, могут быть тоже сильно мотивированы поддержать развитие РЭК в Европе. Сегодня конца ЕС не желает никто из ключевых геополитических игроков. Но завтра все может быть по-другому.

- Каковы наиболее опасные, с точки зрения РЭК, регионы Европы?

Это окраины бывшей Австро-Венгрии, являвшей собой на протяжении долгого времени некую европейскую унию под управлением династии Габсбургов. После распада Австро-Венгрии многие ее провинции и регионы с компактно проживающими нацменьшинствами стали спорными территориями. Кажется, что это было давно и уже история, но еще и ста лет не прошло. Конкретно это Судетская область Чехии, Босния и Герцеговина как части Югославии с непонятным пока государственным статусом, Воеводина – область Сербии, южная Словакия – область Словакии, Закарпатье – область Западной Украины, Трансильвания – область Румынии. Самое многочисленное компактно проживающее на территории стран ЕС нацменьшинство это судетские немцы, изгнанные после Второй мировой войны из Чехии, сосредоточенные в Баварии и образцово организованные политически. Их корректный подсчет едва ли возможен, поскольку сегодня этнически они относят себя к баварцам, но в 1945 году из Чехословакии судетских немцев было выселено около трех миллионов. Судетские немцы вопрос настолько особый, что их едва ли можно рассматривать как нацменьшинсто в чистом виде. Чего нельзя сказать о венграх. Численность венгерской диаспоры в Трансильвании, ставшей, кстати, бикфордовым шнуром для подрыва режима Чаушеску, оценивается в полтора миллиона человек. Словацких венгров, проживающих на юге Словакии, не менее полумиллиона. Венгерская община Воеводины на территории Сербии оценивается в триста тысяч. Все венгерские диаспоры расположены компактно, все граничат с Венгрией.

- В Венгрии, возможно, придет к власти партия ФИДЕС под руководством Урбана с открыто националистической и даже ревизионистской программой. Насколько это опасно с точки зрения РЭК?

Риторика обычно сильно отличается от реальности. Урбан уже был у власти, и ничего особенного не произошло. Венгрия не может сама по себе провоцировать РЭК в областях, населенных этническими венграми. Это ей не по силам, кроме того, противоречит ее статусу члена ЕС и НАТО. На сегодняшний день РЭК не может отвечать национальным интересам Венгрии, понятым как развитие страны в рамках ЕС. Венгрия давно не является крупным и самостоятельным геополитическим игроком и едва ли им станет. Другой вопрос, если к РЭК с участием венгерских меньшинств проявят реальный интерес США и крупные европейские игроки. Тогда станет возможным сегодня невозможное. Вопрос венгерских автономий в соседних с Венгрией государствах не на уровне риторики, а на уровне реальной политики может быть поднят только одновременно с судетским вопросом и только при участии Германии. При общем спонсорстве и мэнэджменте США, где венгерское лобби имеет большую силу. Пока все это выглядит как фантастика.

- Насколько опасны с точки зрения РЭК страна басков или Каталония в Испании, север Италии?

За исключением басков это, скорее, региональные, но не этнические противоречия, причем эти регионы не имели статуса спорных территорий и не имеют истории попыток силового решения.

Насколько опасны с точки зрения РЭК русскоязычные общины стран Прибалтики?

Русские в Прибалтике это судетские немцы наоборот. Немцев выселили из Чехословакии в Германию, а русских переселили из России в Прибалтику. Русские общины в Прибалтике едва ли станут причиной РЭК, но определять будущее прибалтийских стран будут тем сильнее, чем активнее будет внешняя политика России.

Какова вероятность размораживания РЭК на Кавказе?

Очень высокая. Кавказ стал зоной, где управляемые РЭК определяют почти все. Вопрос в том, кто и как управляет. С другой стороны, Кавказ, за исключением советской эпохи, всегда был зоной войн и конфликтов. В этом нет ничего нового ни для России, ни для Европы. Поэтому РЭК на Кавказе при любом развитии неспоставимы по своим возможным последствиям с РЭК в Центральной или Восточной Европе. Участие России в РЭК на Кавказе обусловенно исторически и геополитически. Новым становится присутствие на Кавказе США и их возможное вмешательство в события.

Будет ли Россия вмешиваться в случае возникновения новых РЭК в Европе? Если да, то на чьей стороне?

Без участия России, при сохранении сегодняшних тенденций, не могут быть решены большие проблемы Европы и тем более проблемы РЭК. Прогнозировать поведение России сегодня трудно даже на уровне чистых спекуляций. Мы не знаем, как сложатся отношения России с ЕС, не знаем будущего расклада геополитических сил к моменту начала конфликтов. Можно утверждать, что Россия не будет инициатором РЭК в Европе, потому что никогда этого не делала. Это не русския технология, это прием колонизаторов англосаксов, доведенный до совершенства во времена расцвета Британской империи. Понятно и другое: из новой ситуации Россия будет стремиться извлечь для себя выгоды, и если государство российское будет более крепким и консолидированным, чем ЕС и его отдельные члены, то у России это получится. Если нет, РЭК в близости границ России могут быть угрозой для нее.

Может ли распад Украины привести к взрывообразному образованию РЭК в Крыму, области Донбасса, в Западной Украине или Закарпатье?

В случае Украины нельзя корректно говорить об этническом конфликте. Ее распад не исключен, но в ближайшее время мало вероятен. Как говорят чехи и словаки, это был бы слишком крепкий кофе и для России, и для Европы. Украина будет пробовать «евроатлантический выбор» на вкус, цвет и запах, и эта дегустация займет еще какое-то время.

Насколько опасны с точки зрения РЭК Молдавия и Приднестровье?

Теоретически опасны постоянно, ибо являют собой спорные территории. Практически же не представляют собой фокуса каких-то больших интересов, и потому РЭК там сегодня маловероятны.

источник : www.chelemendik.sk